даша че
я открываюсь под конец.©
Сегодня, точнее уже вчера, у дедушки был День рождения. Был бы.
Прошло уже чуть больше полугода, а мне по прежнему очень сложно, нет, невозможно говорить об этом.
Во мне тонны невылитых слез, я страдаю каждый раз, когда еду на кладбище, когда вспоминаю похороны, когда вспоминаю самого дедушку.
Мне не то чтобы говорить - мне безумно больно писать об этом. Практически невозможно.
С того момента, как его не стало, я ни разу ни с кем не говорила тет-а-тет об этом и вряд ли кто-то из окружающий понял насколько
это выбило меня. Это моя слабость, это один самых мрачных моментов в жизни, когда я в первый раз потеряла кого-то действительно близкого,
очень близкого, моего учителя, мою няньку, моего дедушку.
Эта утрата и я чувствую ее тяжесть у себя в груди. Это было тяжело, дедушка был серьезно болен, под конец, он почти ничего не понимал, съежился, скукожился,
мне было очень больно на это смотреть, я видела как он затухает. Все эти больницы, их запах, ужасные кровати, господи, я как начинаю все это вспоминать,
так не могу сдержать слезы. Я плачу, действительно плачу, потому что это боль за всех наших стариков, которые живут в бедности, которые живут брошенные, которые живут забытые.
Которые живут с пожелтевшими ногтями на ногах, слоистыми, неровно остриженными, на мизерную пенсию, сгорбленные и безумно, просто безумно одинокие.
Я вспоминаю тот темный момент и вижу, как моя мать упрашивала Соколова, чтобы он приехал и поддержал меня.
Вспоминаю, как он не потрудился поддержать меня во время похорон.

Мне было очень сложно. Я помню, как я увидела дедушку в церкви, на отпевании, как все прощались с ним, какое у него было осунувшееся, худое лицо...
Это ужасно. В тот момент я поняла, что нет ничего хуже смерти. Смерти близкого тебе человека.